“Бесхребетное“ кино: ни нерва, ни жилы

“Бесхребетное“ кино: ни нерва, ни жилы

ПыльДля 2005 года это кино стало в какой-то мере новаторско-экспериментальным: любительская съёмка с нарочитыми крупными планами, непрофессиональные актеры, набор странных звуков вместо саундтрека и т.д. Так что “Пыль“ – это скорее продукт киноэксперимента, чем киноматографа.

Ставка создателей делалась на культового тогда Петра Мамонова. А Петр Николаич, как известно, ни разу не актер, И лучше бы он после съёмок в “Игле“ (1988) завязал с актёрской деятельностью и не растрачивал свою карму на то, что у него плохо получается. Ничего удачнее демонического доктора-наркодилера из вышеупомянутого фильма Рашида Нугуманова он ещё не выдал. Впрочем, и это скорее всего произошло лишь по стечению обстоятельств – актёрского мастерства роль не требовала, нужно было всего лишь воплотить соответствующий образ, что у Мамонова неплохо получилось.

В “Пыли“ Мамонов тоже доктор, который под началом ФСБ занимается сомнительными экспериментами в секретной лаборатории. Главный персонаж фильма Лёша – вялый, неуверенный в себе, пассивный молодой человек, попадает в поле зрения федералов как хороший образец для такого опыта. Пораскинув своими “пыльными“ мозгами, Леша соглашается на это дело. За 5 минут сидения в темной зеркальной камере ему обещают приличные деньги и четыре дня больничных, а с него требуется лишь одно: про эксперимент молчать  – государственная тайна, а лучше и вовсе забыть о нём. Но не так-то это просто для Леши, который в зеркале экспериментальной камеры увидел себя писаным красавцем атлетического телосложения, и впоследствии всеми силами пытается туда вернуться и “забрать свое красивое тело“.

Для кого-нибудь киноаллергика “Пыль“ может стать убойным раздражителем, ибо здесь всё может выбешивать: невнятная режиссура, унылый сценарий, жутко монотонное повествование, невыразительные персонажи и т.д. Может быть, именно такой реакции и добивались режиссёр С.Лобан и Ко  – если не впечатлить, то раздражить.

Неприглядная правда и бессмысленность бытия, пузырясь, выливается через край, полнейшая ангедония овладевает разумом при одном взгляде на главного героя, который будто при жизни впал в кому. Все остальные тоже мало чем отличаются от него по образу мысли и действиям. Сонм фриков в фильме пополняет и эпический Псой Короленко, сыгравший в эпизодической роли брата Павла из Америки, а по сути – самого себя – акына с гармохой. С грустью глядя на это это кино, как нельзя кстати будет вспомнить сказанные им в каком-то интервью слова: “Искусство – это палимпсест, один насрет, другой съест“.

В итоге более полуторочасовое монотонное повествование тащит зрителя к финалу и тычет носом в монолог доктора Пушкаря (П.Мамонов). И вот здесь бы выдать что-нить фееричное, зубодробительное, чтоб зритель нашел хоть какое-то оправдание нудному сидению перед экраном! Но нет, мы слышим из уст героя Мамонова избитую банальность, мол, де люди – ничто, пыль, песчинка во Вселенной, и кивок в сторону главгера: “Вы идиот. Вам когда-нибудь говорили об этом?“. Вот только зритель понял это намного раньше.

На фоне сюжетного болота финальные титры, где глухой парень на языке жестов исполняет цоевскую песню “Перемен“, видятся некой саркастической иронией. Мол, ждали перемен, а ничего не дождались. И никому в голову не пришло сделать эти перемены самому, начать с себя. Если додумать такую мысль, то фильму есть за что зацепиться, появляется тонкая соломинка, но в плане реализации и общего впечатления он всё равно представляется орехом, внутри которого, на поверку, оказывается затвердевшая пыль, обречённая полететь в мусорную корзину.

Собака

Ева Крестовиц