Театр начинается с “Подмастерья“?

Театр начинается с “Подмастерья“?

“Театр истерики. Театр необыкновенно сильных чувств, каких не бывает в жизни! Эксперимент! Максимализм! Зрелищность! Всё это — для вас! Всё это — Театр Миниатюр “Подмастерье“!“,  гласит визитная карточка творческого коллектива под руководством амбициозного и экстравагантного 20-летнего юноши Ильи Носоченко. За его плечами на сегодняшний день 7 театральных постановок в Уфе, увидев которые единожды, рискуете запомнить надолго. 

Илья Носоченко

Свою творческую деятельность Илья начинал в качестве актёра в составе студенческого театра при УГАТУ – в Мастерской Театральных Миниатюр имени меня (сокр. МТМ) под руководством Екатерины Темновой. “Подмастерье“, как функциональная единица, образовалось  весной  2009 года при МТМ и изначально ставило своей целью – проведение тренингов для желающих актерствовать новичков. “Когда “Подмастерье“ передали Илье, его задача была такая же –проводить с нами тренинги, – говорит один из актёров Тимур Кадысев, – а он решил поставить свой спектакль.

По словам Носоченко в один момент желание реализации собственных идей  взяло вверх – так и возник нынешний Театр миниатюр “Подмастерье“.

Его актёры – это студенты разных учебных заведений Уфы, объединённые желанием воплощать жизнь  на сцене. Илья успел внести свой творческий вклад и в зарождение студенческого театра при архитектурно-строительном факультете УГНТУ (Театр АСФ), который ныне функционирует под руководством не менее экстравагантного Дмитрия Шкреда.

Наиболее значительными работами театра “Подмастерье“ на сегодняшний день можно смело назвать постановки  “Непрерывный Кафка“ и “Тошнота“.

“Непрерывный Кафка“  –  психоделический спектакль в шести частях по новеллам Ф. Кафки. Если в произведениях самого писателя внутренний конфликт ощущается как сжатая до предела пружина, которая вот-вот лопнет, то в инсценизации “Подмастерья“ она мощным потоком экспрессии растекается по сцене, неминуемо вовлекая зрителя в водоворот эмоций.  Музыка в спектакле — особенно моменты с нагнетанием звуков – хорошо гармонирует  с напряженной атмосферой прозы чешского писателя.

А спектакль “Тошнота“ по одноименному роману Жана-Поля Сартра – это обилие необычных образов, завораживающая магия незамысловатых декораций и четкая расстановка акцентов.  Взять хотя бы сцену встречи главного героя с Анни – она не появляется извне, а возникает “изнутри“ Антуана. Эта сцена удачно вписывается в общую картину происходящего и  является отличной находкой режиссёра. Подобного в этом спектакле немало. Во время просмотра можно ощутить тихий экзистенциональный ужас сартровского мировосприятия. Он  будто невидимым туманом стелется по сцене, создавая гнетущую пелену  бессмысленности существования, о котором писал автор.

Музыкальное сопровождение постановок “Подмастерья“ по большей части находится в ведении Станислава Журавлева – студента эстрадного отделения УГАИ. На вопрос: “Как Вы начали работать с этим театром?“ Станислав отвечает: “После “Жизни Насекомых“ Чапека, которую “Подмастерье“ ставили ещё в прошлом году, Илья решил, что было бы неплохо дополнять спектакли оригинальным саундом.  Поэтому  для “Кафки“ была  сделана гитарная  импровизация, кавер на песню “Утомленное Солнце“ и несколько электронных композиций, одна из которых склеена из звуков дрели. В “Тошноте“ звучит  мой  вальс из двух частей для фортепиано и сэмплы, которые по большей части делал Илья.

Неискушенному зрителю может показаться, что во главу стола на этой “театральной кухне“ ставится эпатирование публики агрессивно-насильственными  сценами,  порой  выходящими за рамки спектакля.  Подобное могли наблюдать в этом году посетители “Ночи музеев“ в галерее “X-MaХ“. Перед “Непрерывным Кафкой“ актёры “Подмастерья“ во главе с режиссёром, вооружившись палками и крича: “Вам здесь смотреть нечего! Валите домой!“, начали весьма действенно теснить зрителя в один конец зала. Причем настолько натуралистично, что люди  долго недоумевали,  не сразу поняв, – это часть представления или начало вооруженного нападения?  Первоначальное удивление, думаю, у многих присутствующих сменилось желанием ответного агрессивного выпада. Меня, по крайней мере, настиг именно такой минутный порыв. Но надо признать, отыграли они эту сцену на “отлично“, выбить эмоцию из зрителя получилось, да ещё как!

Сам Носоченко относит такую “выходку“ к разновидности представления под названием “хэппенинг“ – спонтанная театральная импровизация, призванная стереть границу между творцом и зрителем.

Он настаивает, что цели эпатировать вовсе не было, а было лишь желание завладеть вниманием зрителя и настроить его на нужную волну последовавшего за этим спектакля.

Автор утверждает,  что эпатаж в спектаклях “Подмастерья“ составляет  ноль процентов,  а что может  присутствовать, так это “жесть“. Тогда возникает резонный вопрос – разве “жесть“ не предусматривает, наряду с шокированием, и определенную долю эпатирования? Думается, режиссёр всё же немного лукавит. Другое дело, что в работах “Подмастерья“ эта так называемая “жесть“ – оправданное средство воздействия на зрителя, и никак не затмевает главного –талантливой режиссуры и оригинальности постановок. “Мне нравится, когда после спектакля зритель подходит и задаёт один очень конкретный вопрос:  Зачем мне всё это показали?, — это значит, что человек задумался, – говорит Илья, – нельзя нравиться всем, главное, чтобы люди не оставались нейтральны“.

“Можно смело рассчитывать, что спектакль от “Подмастерья“  будет хорошим независимо от того, что у них есть в арсенале средств. И вряд ли он оставит кого-то равнодушным, зритель скорее захочет огреть режиссёра стулом, чем скажет скучающим голосом: “Ну да, нормально…“, – делится  мнением Станислав Журавлёв.

“В Уфе должен быть свой независимый некоммерческий театр“, – считает Илья, и по окончании режиссёрского факультета РАТИ (ГИТИС), где ныне является студентом первого курса, намеревается вернуться в Уфу для реализации своих планов. А им, хоть они и выглядят идеалистично в своей основе,  надо отдать  должное  –  чего не отнять у постановок Носоченко, так это концепцию авторского спектакля, выражающего личность создателя посредством ярко выраженной индивидуальной стилистики.

фото: из архива театра.
Текст публиковался в ж. Гипертекст № 

собака

Ева Крестовиц