Яна Авдеева об искренности и участии в Олимпийских играх

Яна Авдеева об искренности и участии в Олимпийских играх

С этой удивительной поэтессой из Санкт-Петербурга мы знакомы уже очень давно. Она постоянно что-то придумывает и никогда не останавливается на достигнутом: пять лет назад она впервые декламировала свои стихи со сцены, несколько лет назад написала сценарий к поэтическому спектаклю, а сегодня Яна Авдеева экспериментирует с музыкальным сопровождением и вновь готовит что-то очень интересное…

Творчество Яны Авдеевой я бы описал несколькими словами, среди которых: “нежность”, “вера” и “красота”. “Мои стихи чаще всего о ком-то, а не кому-то. Мои стихи как дети, у которых есть оба родителя, но они хотят быть самостоятельными”.

Диалог, который ведёт автор с читателем (или зрителем) всегда откровенен, будто бы вы сидите с Яной на кухне и вспоминаете былое: “Искренность всегда активна, а не пассивна. Поэзия не может не быть искренней, а потому она сама по себе сгусток энергии. И если уж ты взялся быть проводником этой энергии наружу, то на тебе лежит ответственность за то, чтобы созидать, а не разрушать. Это должна быть позитивная энергия, даже если пишешь о совсем не светлых вещах. Если я берусь о чём-то говорить, я об этом знаю, это чувствую, в это верю. Я бы хотела, чтобы в моих стихах всегда были настоящее сердце и настоящая жизнь”.

Глаза у него не по-доброму синие,
Покрытые холодом словно бы, инеем.
Сквозит в них жестокость, не то равнодушие,
И вся с ним внезапно измята, иссушена.
Такое в себе ощущаешь бессилие,
Что рядом с ним смелость как рожь покосили бы.
Как пыль он сметает уверенность выпадом,
И ты некрасива, нелепа, забыта им.
Он аристократ, в нём сверкает наследие.
И тонко поможет, подскажет: “Не леди я”.
Да впору такому стать статским советником
С его-то манерой… но только столетний ком
Застрял где-то в горле, и сдавленным шёпотом
На всю его лесть говорю: “Ну, и что потом?!”
А рядом глаза его – горные, синие…
Прошу. Хоть о чем-нибудь. Ты. Попроси меня.

На сцене, где казалось бы всё должно происходить понарошку, Яна Авдеева остаётся собой: смешной, застенчивой, смелой, слабой, восхищённой, загадочной. По словам автора, сцена – это нечто большее, чем просто место, где можно прочитать свои стихи: «Ты выходишь на сцену, не прикрываясь ничем, никаких тебе ужимок, секретов и шёпотков. Только ты и твоя поэзия. И либо ты проживаешь двадцать жизней в течение двадцати стихов, либо ты выворачиваешь наизнанку себя, что страшно. Очень. Вопрос в готовности. Я всегда готовлюсь. Хочу делать “неодноразовые” вещи. Хочу выкладываться на полную, а для этого нужны время и масса сил. Их я и коплю».

К современной поэзии Яна Авдеева относится неоднозначно. На все прямые вопросы она как будто заранее заготовила универсальный ответ: “Мы очень многое потеряли, в поэзии в том числе, с приходом века технологий. Но как бы много не писалось и не рифмовалось вокруг, живое слово – оно всегда останется живым”.

Куда больше поэтессу вдохновляют произведения И. Бродского, Р. Рождественского, М. Цветаевой, А. Блока, Б. Ахмадуллиной: “Меня чаще всего впечатляют конкретные произведения, но иногда увлекают и целые циклы стихов, завлекает стиль автора, который будто останавливает тебя на дороге, застаёт врасплох. В своё время таким открытием стал Федерико Гарсия Лорка. Сказать по правде, с зарубежными поэтами – сложнее, ведь острей и ближе читать оригинал, а не перевод. Для себя могу выделить П. Элюара, П. Смит, Д. Керуака и, конечно, У. Шекспира. Разношёрстная компания, да уж”.

Давай представим, что мир – это там, где мы есть.
Не надо спешить никуда, убегать и теряться.
Остановившись, мы руки сплетём, вот он – весь –
В нас самих умещается маленьким оборванцем.
Давай отпустим, чему сбыться не суждено.
Не стоит бороться за осколки чужих иллюзий.
Будем растить то, что нами уже рождено.
Только бы не разорвать сердца, сплетённые в узел.
Сколько в тебе силы невидимой глубины,
Столько во мне нежности непроданной, верной, чистой.
Сколько слов несказанных, разве они нужны?
Когда над нами небо такой синевы нависло.
Этот маленький мир, точно бездомный гаврош,
Пронырлив и беззащитен. Он – шарманщик, скиталец.
А солнце на небе, как драгоценная брошь,
Ярче богатств всех сверкает, что ещё мы искали?
Давай представим, нет несчастий и горемык,
Что небо вновь не надломится над Аустерлицем,
Что наше счастье, что мы – это короткий миг,
И он пару раз в других вселенных ещё случится.

В ходе нашего разговора Яна успела поругать себя и за некоторые недостатки: «Я – идеалист. Я с трудом мирюсь со многими вещами в жизни. А ещё я – великий “завтрамэн”. Могу сосредоточиться на одном сегодня, а остальное отложить на далёкие антресоли. И да, я многое принимаю близко к сердцу, иногда это заставляет меня опускать руки». К счастью, такие ситуации случаются крайне редко.

Яна не останавливается на достигнутом, её влекут какие-то неведомые силы, которые приводят всю жизнь в движение: “Я хочу, чтобы поэзия была живой и многоликой, увлекающей людей, развивающимся организмом. Я хочу быть частью этого организма”. Планы поэтессы удивляют: “Очень хочется продолжить опыт поэтических спектаклей и поэкспериментировать с клипами на стихи. Сейчас я пишу текст для песни одного исполнителя, мне это безумно интересно. Музыка и поэзия могут дышать едино. С другой стороны, мне кажется, что за слишком много поводьев хвататься не стоит, ни одного коня не удержишь. Главное – это чтобы хватало глаз, ушей и внутреннего воздуха для стихов”.

В завершении нашей беседы о творчестве, по уже имеющейся традиции, я предложил Яне продолжить ряд фраз:

Мне часто говорят, что всё впереди. Ненавижу эту фразу.
Если бы на один день я стала мужчиной, я бы поехала в Шотландию, надела килт, пошла в паб, выпила бы тонну виски, и дальше как в “Храбром сердце”…
Ну, вы помните, на поле…
Через два года я буду на два года старше и ни на грамм внутри, уверена!
Самое действенное лекарство от скуки: велосипед и природа.
Мои стихи – мой способ говорить с миром, мой внутренний граммофон.
В большом городе – кино на улицах! Все жанры, надо только приглядеться!
Есть у меня одна мечта, рядом с которой ещё десять.
Вопросы, которые могут меня смутить: о семье и личной жизни.
Надеюсь, когда-нибудь я открою Олимпийские игры стихотворением.
Счастье – это когда тебе хочется продлить момент: вот эту секунду, вот этот миг.

Нашим читателям Яна Авдеева желает слушать и слышать себя, не бояться трудностей, любить, жить и раскрывать себя: “Нам всем надо будет что-то потом рассказывать внукам!”

Фото: Из личного архива автора

Костя Гафнер

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Вам есть 18 лет? (В Российской Федерации действует дискриминационный закон ФЗ-135)