Новосибирск театральный

Январские каникулы – это повод поехать в другой город, чтобы познакомиться с его культурной жизнью. В позапрошлом году это была Пермь с её театрами и музеями, в прошлом – Москва с его Гоголь-центром и последующей музейной трилогией. На этот раз расскажу про театры Новосибирска.

Их было два – НОВАТ с балетом “Щелкунчик“ и театр “Красный факел“ со спектаклем “Борьба полов“.

Мои впечатления об этих театрах, а также о том, чем был необычен “Щелкунчик“, и что было не так с “Борьбой полов“, читайте дальше.

Новосибирский академический театр оперы и балета (он же НОВАТ) считается самым большим музыкальным театром России. Расположен на главной площади города – площади Ленина, что на Красном проспекте. Пишут, что строительство такого масштабного и уникального архитектурного комплекса в провинции 30-х годов прошлого века был сродни полёту на Марс. Сейчас НОВАТ – визитная карточка Новосибирска и символ культурной жизни Сибири. Театр работает с лучшими дирижёрами и режиссёрами, в том числе приглашёнными из других стран.

Например, с 2004 по 2011 годы оркестром НОВАТа руководил знаменитый Теодор Курентзис. В 2015 году здесь была поставлена опера “Тангейзер“, ставшая скандальной после критики РПЦ.

НОВАТ впечатляет как снаружи, так и изнутри. Оказавшись в его стенах у меня создалось впечатление, что НОВАТовцы делают всё для того, что бы держать высокую планку, и у них это получается. Ведь театр начинается с мелочей: например, с приветливого охранника с металлоискателем, который желает хорошего вечера. Ещё заметила, как двое сотрудников театра помогают человеку в инвалидной коляске добраться до зала с помощью специального подъёмника. Часто вы видите такие устройства в театрах? Я – очень редко. А ведь согласно закону “О социальной защите инвалидов в Российской Федерации“ к объектам социальной инфраструктуры должен быть обеспечен беспрепятственный доступ для маломобильных граждан. 

Так что можно считать, что девиз Новосибирского оперного “Мы делаем высокое открытым“ – не просто красивые слова. 

Все январские каникулы в НОВАТе ставили “Щелкунчика“. Так что выбирать было не из чего, но повода для грусти не было: слушать музыку Чайковского можно бесконечно, к тому же оказалось, что “Щелкунчика“ дают в новом прочтении испанского хореографа Начо Дуато. Приглашённый креатор добавил в академизм традиционного классического балета свободную и естественную пластику, превратив классику в неоклассику, а действие балета перенёс в предреволюционную Россию. Костюмы, сценография и концепция современной постановки отличаются от наполнения классического “Щелкунчика“ лаконичностью и минимализмом. Изменился и хронометраж: 1,5 часа пролетели так незаметно, что в атмосферу балета я просто не успела погрузиться.

Внутри зала НОВАТа привлекает внимание необычное сочетание скульптур римских богов, выставленных по его периметру, и советской символики в виде красной звезды и герб СССР на потолке.

Зрительный зал устроен так, что с любого места хорошо видна сцена: в нём нет “полуслепых“ зон, как в нашем оперном. Заметила, что здесь нет правительственной ложи. Оно и понятно – этот театр не строился по типу императорских театров: в 30-е годы властвовали Советы и все были “равны“ в том числе и в театрах. В НОВАТе нет мягких кресел, а есть деревянные сиденья с мягкими накладками на спинках, которые дополняют советский антураж внутреннего убранства. Свою лепту в него вносила и капельдинерша, что стояла в проходе недалеко от меня: до начала спектакля и во время антракта она выкрикивала зрителям свои замечания громким, почти угрожающим тоном. Таких сотрудниц я не раз видела в нашем оперном, так что мне начинает казаться, что все они – выпускницы какой-то особой советской школы капельдинерства,  влияние которой, к счастью, не видны в их младших коллегах.

Новосибирский государственный драматический театр “Красный факел“ по историческому факту старше НОВАТа: был создан в 1920 году в Одессе группой молодых актёров во главе с режиссёром Владимиром Татищевым. Одиннадцать лет он был передвижным театром, а в 1932 году осел в Новосибирске. Зданию, в котором сейчас разместился театр “Красный факел“, в 2014 году исполняется больше 100 лет.

У гардероба была замечена любопытная надпись: “Граждане, помните, без театра мы всё умрём!“ и чуть ниже мелким шрифтом приписка: “С театром мы тоже умрём, но не так драматично!“.

Ожидался необычный поход в театр, потому что был заявлен показ спектакля в необычном месте –  одна и театральных площадок “Красного факела“ расположена в кафе при театре. Сами краснофакельцы позиционируют эту площадку как экспериментальную. Не знаю, насколько это место удобно для театрального действа: на крошечном пяточке, наверное, мало что можно полноценно сыграть, к тому же в зале были места с плохой видимостью сцены. Но с коммерческой точки зрения такая локация, конечно, оправдана: зрителей больше привлекает возможность смотреть спектакль, потягивая винцо и что-нибудь поедая, чем сидя в зрительном зале. Может, поэтому в кафе “Красного факела“ был аншлаг, несмотря на недешёвые цены за билет.

В этот день нам показали спектакль “Борьба полов“ местного режиссёра Лаврентий Сорокина, поставленный по юмористическим рассказам Аркадия Аверченко.

Это шесть историй о конфликтах между женщинами и мужчинами, где обе стороны показаны автором сатирически. К плюсам спектакля можно отнести отличную актёрскую игру и гармоничную сценографию. В спектакле задействовано всего 2 актёра и 2 актрисы, которые, на 10 секунд забегая за кулисы, мастерски перевоплощаются в разных персонажей не только внешне, но и внутренне. Атмосферу начала 20 века на сцене отлично создавали минималистичные докорации, состоящие из потёртой софы, двух венских стульев и развешенных на стене романтическо-интимных фотографии той эпохи.

По названию спектакля кому-то могло показаться, что в нём затронуты проблемы равноправия полов. Отнюдь. Понятие борьбы, близкое нам по феминистскому дискурсу, здесь затрагивается чуть-чуть, и только для того, чтобы исказить и косвенно обесценить заявленную проблему. Этот момент раскрывается в рассказе “Ниночка“, где героиню домогается начальник и она, возмутившись, обращается сначала к адвокату, потом к врачу, которые тоже оказываются домогантами. Думая, кому бы ещё обратиться, Ниночка идёт к своему соседу – человеку науки, и когда тот не пытается к ней приставать, она обижается и уходит.

То есть эта история открытым текстом говорит зрителю, что женщины сами хотят, чтобы к ним приставали, поэтому в сексуальных домогательствах нет никакой проблемы.

В дискуссиях такая манипуляция с заявленной повесткой считается риторической уловкой, потому что харассмент – это системная проблема, и от него не застрахована ни одна женщина. А случай конкретной Ниночки – частность, и относится к исключению, а не к правилу.

Не знаю, как режиссёр спектакля Лаврентий Сорокин относится к проблеме харассмента, но точно знаю, что театральная сцена – это площадка, с которой режиссёр транслирует миру своё видение темы.

Посмотрела репертуар “Красного факела“: театр ставит широкий набор пьес от классиков до современников. Глаз зацепился за ибсеновскую “Гедду Габблер“ и “Бога Резни“ Ясмины Реза. Жаль, что эти спектакли не выпали на дни моего пребывания в Новосибирске, потому что лёгонькая, сугубо развлекательная, комедия “Борьба полов“ – совсем не та постановка, которая способна раскрыть “глубину“ театра перед новым зрителем. Ситуация напомнила мне моё знакомство с пермским “У Моста“, на который “Красный факел“ похож своим содержанием и направленностью: тоже обладатель множества “Золотых масок“ и репертуара, рассчитанного большей частью на массового зрителя. Так что и в этом случае мне ничего больше не остаётся, как выразить надежду, что однажды я снова окажусь в Новосибирске, и “Красный факел“ осветит свои театральные недра более ярко, и без неприятных моментов.

Фото: russiatrek.org (1), novo-sibirsk.ru (2), паблик театра в вк (3).