Отрывки путевого дневника из Монтенегро

Самые интересные отрывки дневника залиты вином и заляпаны козьим сыром, местами чернила размыты слезами от смеха двух идиотов. Публикую уцелевшие фрагменты (да, пап, твои дочери пьют вино).

Путешествие, написанное на коленке за пару дней, в поту и вечном цейтноте взрослой жизни, началось очень внезапно, долетело до Рима, сделало там пересадку, потому что кое-кто мастер стыковок и начинающий чиптриппер (мам, это не болезнь, а когда любишь дешево путешествовать). Мой великий план: Показать бро море. Жить дикарями в кемпинге на побережье, читать книги, рисовать и медитировать, принять важное решение – до слёз насмешил бога фатума (или как его там). Он порвал мой сценарий, оставив только пункт номер один, и удалился пить черногорское красное сухое. И нет, не ждите рассказов о великолепии Будвы или Котора – нас там не было.

Итак, мы поехали с Олей (кто не в курсе – это моя сестра, бро, мой мелкий бес и большой друг, мастер мата, сарказма и просто душевный человек.

Оля – мой цитатник смешных фраз, бродячий фольклорный театр и спонсор непредвиденных ситуаций. Олин английский вэри бэд послал всех подальше еще классе в пятом, поэтому гугл-транслейтом была я со своим хлипким сериальным уровнем.

Enjoy the moment, или как рушатся идеальные планы
Я, конечно, краем уха и теоретически слышала про то, что обязательства, планы и точное расписание – это не про Черногорию, но увидела практически с порога. Если ваши места забронированы на каком-нибудь известном сайте за пару дней до, то это ещё не факт, что вы будете спать в своем уютном милом номере на 8 персон… Нас радушно встретила администратор хостела (прибыли мы поздним вечером), усадила в каменном дворике на деревянные стульчики а-ля чиппендейл по-советски, напоила нас чаем. Зарегистрировала, обсудила с нами схожесть русского и сербского языков, а спать отвела в другой хостел позади этого же дома. Ну потому что – оп-пачки! – накладочка с электричеством. В новом хостеле нас передали демонического вида женщине. Наверное, так выглядит черногорская Урсула в черногорском диснеевском мультике: худая, с черными метлами нарощенных ресниц и невероятным сценическим макияжем Киркорова на заре 90-х. К счастью, мы пережили эту душную ночь среди тёмных, мирно храпящих парней, и наутро заселились в свой хостел.

Здраво, Подгорица!
Сразу и не скажешь, что ты столица: людей почти нет, никакой суеты, неспешные задумчивые горожане, с любопытством рассматривающие тебя, много сквериков и парков, где можно укрыться от непривычной северянину жары, где тебя окропят прохладной водичкой невидимые газонополивалки, и постоянное чувство, что вот-вот, за поворотом, та деревня, куда ты выписан на каникулы к бабушке.

Самое классное в Подгорице – отправиться под большой автомобильный мост Blaža Jovanovića, сидеть в укромных кустах, наблюдать за влюбленными парочками, за катающимися на лодках загорелыми мальчишками, и снижать атмосферный градус прохладным пивком с жасминовым вкусом. И никуда не спешить. Учиться местному Polako (полегче, мэн, мы тут прокачиваем полако-жизнь).

Смотри, Оля, Пушкин… как живой!
– кричала я близоруко в сторону какого-то местного воинственного героя. Тихий сквер долго ещё содрогался от нашего гогота. А потом Алёна решила качать пресс на местной спортивной площадке. Тут подвалили местные подростки-качки, посмотрели на мои тщетные конвульсивные сокращения, и снова гогот, но уже иностранный.

Пушкина я никогда не любила, но встретить этого мужика чуть позже, по той же дороге, было почему-то приятно: это как встреча со старым знакомым.

Дендрофилы, любящие променять людей на деревья, приятно проведут время в огромном парке šuma Gorica (на картах maps.me он са-а-амый внушительный в городе). Мы с Олей предварительно запаслись на шумном и пестром от обилия настоящих продуктов (со вкусом еды, а не пластика) рынке фруктиками и козьим сыром, и отправились на пикник в этот парк. Надо сказать, что в Подгорице часто встречаются фонтанчики с питьевой водой, где можно не только умыться и напиться, но и остудить винцо до нужного градуса. Советик! Я наловчилась привязывать к кранику пакетик со своей двухсотграммовочкой красного сухого, а потом сидеть некоторое время и ждать с невозмутимостью рыбака под трескучий аккомпанемент цикад, потягивая ноздрями сухой хвойный воздух.

Парковая дорога ведёт тебя вверх, вверх, вверх. И вот, слегка одышечный, на горе, ты выжимаешь последние запасы из лёгких, чтобы радостно, на выдохе, воскликнуть Вау!, ибо ты стоишь и смотришь именно на те пейзажи, что видел только на фотках из интернетов. Да! Беленые хатки с красными и оранжевыми крышами разбегаются от глаз в разные стороны не острых полуобнаженных с высохшей растительностью гор. Да, горы в Черногории не очень высокие, но дух они все же захватывают. Лишь в немногочисленные моменты мы с бро прерывали свой гомерический хохот: когда мелко спорили и когда наблюдали пейзажи.

Magic people
Но больше всего путешествие мне запомнилось людьми.

Вавилонский бухич на крыше. Это когда трое русских (Рама, привет!), две азиатки (Cу- Тайвань, Чико – Япония) и один итальянец смотрят короткий скетч из Comedy Club о разнице английского произношения, пьют винцо, смеются, учат русский и болтают о жизни – кто как может. Кстати, Су сказала, что любит русский за то, что он очень сексуальный. При этом тощая безымянная кошка, прикомандированная к хостелу, крадёт у Рамы огромную плескавицу (такая котлетина) и скрывается во тьму ночи, по пути уронив котлету куда-то за изгородь, и становится объектом бесконечных шуток. А наутро все фоткаются в стиле уличных бандюганов, и разбегаются кто куда. Чико в красивом платье уезжает на экскурсию. Прекрасным тёплым вечером того же дня мы в компании Рамы богемно сидим на балкончике, попиваем винцо, слушаем Коржа, и тут входит Чико, правда, почему-то в другой одежде. Мы, уже слегка навеселе, начинаем аплодировать ей со словами: А мы тебя ждали, приходи к нам!. Как выяснилось позже, это была не Чико, а девушка из Китая, которая только заселилась в хостел, шла в свой номер, когда три каких-то идиота встретили её аплодисментами.

Воображаемая палатка у моря
В Утеху я прибыла полная уверенности, что мы с Олей будем жить в тихом забытом богами местечке с палаткой у моря. Оказалось, что курорт весьма шумный и густо населенный – первый пункт плана с хрустом отвалился. В кемпинге, с которым я предварительно по почте обсудила аренду палатки, мне администраторский перст указующий ткнул в место под оливковым древом и сказал: Это ваше место, 14 евро.

— А где, тент?
— Какой тент?
— Ну, мы с вами в почте договаривались, я ещё спросила, точно ли вы даёте в аренду палатку, чтобы нам тяжесть с собой не везти. Мы взяли только спальники. Где палатка?
— Мы не даём в аренду палатку.
— Но…
— Но мы можем вам дать навес, и это будет стоить 12 евро.

Я слегка нервничала, хотела мчать в следующую точку моего идеального маршрута. Но Оля внезапно проявила инициативу и сказала: Спокойно, пошли искать. К счастью, сёстры-владелицы одних апартаментов сжалились над нами, дали нам холодной воды и WiFi – так мы нашли себе уютные новые апартаменты рядом с одиноким безлюдным пляжем и по цене дешевле палатко-места. На этом пляже мы провожали закаты, пили вино и читали стихи по памяти. Судя по количеству воспроизведённых стихов, деменция близко.

Namaste! В любой непонятной ситуации езжай в Бар
Самый долгий отрезок нашей жизни в Черногории мы провели в интернациональном хостеле Namaste, где я первым же делом допытывала управляющего, можно ли здесь есть мясо, а на беленой стене администрации среди прочих уютных пожеланий постояльцев красовалось родное О**енно!.

Милый управляющий хостела Гонсалес рассказал нам о быте и традициях, подарил два бесплатных завтрака из-за каких-то косяков в системе бронирования отелей. И только в конце смены нашего пионерлагеря выяснилось, что всё это время мы с Олей звали его неправильно. А он, Гонсало, тактично молчал. Наш аргентинский друг Лисандро (которому доставалось от Оли женским именем и шуточками про нетрадиционность) чуть от смеховых колик не помер, когда узнал, как мы зовём нашего менеджера. К слову, аргентинец Лисандро и итальянец Франческо любезно составили нам с Олей компанию в переходе через горы к дикому пляжу. Но это потом. А сначала мы пытались сделать это сами. Преодолев гору, увидев цель, на 40-градусной жаре, ободрав голые ноги сухим кустарником, мы сидели и смотрели на недосягаемую тихую лазурную лагуну и только горные козлы бродили где-то рядом, пугая Олю. И тут она выдает – я чуть бананом не поперхнулась в тот момент:

– Прикинь, а у горных козлов какой смысл жизни, Алён? Оставить свой след в ситории в виде шоколадного гороха…

Сидим, задумчиво молчим. Дикий пляж не становится ближе. Жара крепчает. Решили мы вернуться обратно, а свой переход повторить в другой день. На обратном пути мы столкнулись с кучкой цыганских детей и подростков, которые просили сигарет и лепетали что-то на своём. Оля шла чуть сзади меня, поэтому, увидев, что её схватили за руку, я остановилась, и в этот момент мелкий цыганенок схватил за руку и меня. Момент разрядился, когда мелкий схватил меня за грудь, вся компашка захохотала, а мы с бро продолжили свой путь ускоренным шагом. Ух, повезло.

Это был единичный небезопасны случай и только потому, что их трущобы расположены в предгорье. Вечером администрация хостела вызвала туда полицию, чтобы утихомирить ребят.

Второй наш поход на дикий пляж всё же удался. С ребятами мы спокойно с шутками и прибаутками дошли до лагуны, и там прекрасно провели время, качаясь на прозрачных солёных волнах. Оля учила наших иностранных спутников поговорке Рыбка на сковородке прыг-прыг-прыг, приправляя это факультативом по русской обсценной лексике, чем вызвала их бурны восторг.

Из Namaste мы ездили в Петровац просто искупаться в новом месте, проглазеть на людей, прогуляться в длиннючем тоннеле и найти уединённый пляж. Обратный путь закончился не по моему плану. Едем в автобусе, я понимаю сербскую речь, мол, автобус на полпути сворачивает, а все, кто едет в Бар, должны пересесть на другой и добираться на перекладных. Ко мне подбегает с широкими глазами Оля и говорит: Наш автобус не едет в Бар, мы сейчас быстренько съездим к Оле, посмотрим дом, а потом все вместе поедем в Бар. Тугодум во мне не сразу сообразил, что к чему, и только когда я поняла, что мы едем куда-то в сторону Подгорицы и уже на приличном расстоянии от Бара, я подошла в автобусе к Оле и увидела, что едем мы не к Оле, а к Коле. Дальше большое и красное винное пятно на всей этой истории, ибо маме лучше спать крепко. Мы здоровы и целы, просто слишком весело провели время в мажорском домике в горах в деревеньке общей численностью на 6-7 домов и видом на Албанские горы. Люблю и ненавижу тебя, сестра, за тот сумасшедший вечер!

Никаких мудрых мыслей и выводов. Свое лето я провела классно, как всегда!

Скажу только, что встретила много людей, которые переосмыслили свою жизнь, послали будни к чёрту, и живут так, как им хочется, путешествуют, знакомятся, едят, следуют за солнцем, не знают границ, работают ради того, чтобы тратить эти деньги на базовые потребности и дорогу. И они действительно счастливы.

Однажды мимо нашего хостела проходил Александр. Заслышав нашу русскую речь, он охотно заглянул в сад – двери там никто не запирает – в поисках плодов. Я подумала, богатенький чудак — он был чисто и хорошо одет. Этакий поджарый Федор Бондарчук с рюкзачком за спиной и горящими глазами. Саше 46, он фрилансер – дизайнерит пространства и стрижет людей –  и он живёт на улице. Ему достаточно тех денег что он зарабатывает, спит он в спальнике и гамаке. Теплое время проводит в Черногории, а зиму – в Азии. И он счастлив, потому что свободен от обладания. Саша говорит: Я спокоен, мне некуда спешить, потому что  мой дом – везде. Наши зашоренные необходимостью аренд, ипотек, работ, детей умишки не сразу понимают такую иную мысль. Но когда сбросишь с себя всю мишуру, стоишь голенький в воде, или обнимаешь с закрытыми глазами дерево, когда разум твой по максимуму пуст, тогда и ощущаешь саму жизнь, а не то, что нам транслируют коммерческие ценности.

Да нахрен мне лактобактерии, тощая талия, акции, скидки, новый ноутбук, модные туфли и яркий маникюр?! Я путешествовать хочу и получать то живое человеческое тепло от открытых миру людей, какое у меня было здесь, в Монтенегро. И радоваться простым вещам и коротким моментам.

Этот путевой дневник обрывается так же внезапно и жестоко, как всё прекрасное в нашей жизни. Самое веселое и интересное останется в нарезке нашей памяти, которую мы подадим на закуску к привезенному из Монтенегро винцу, что мы с бро разопьем одним меланхоличным питерским вечером.

Фото: автора.